— Олег, ты не видел мою синюю куртку? — донеслось из коридора.
— В шкафу, третья полка сверху, — откликнулась Оксана, не поднимая взгляда от экрана. — И ещё… ты не знаешь, где техпаспорт на машину?
— Какой именно?
— Мой. На мою машину. Он всегда лежал в бардачке.
Олег уже накинул куртку и присел завязывать шнурки.
— Может, сама куда-то переложила.
— Я ничего не перекладывала. С прошлого года к нему не притрагивалась.
— Ну поищи получше, найдётся.
Оксана медленно оторвалась от телефона. Его тон — ровный, слишком безразличный, без попытки даже задуматься — неприятно зацепил. Но она решила не начинать с утра разборки. Он спешил на стройку, она опаздывала в офис. Разговор можно отложить до вечера.
Однако вечером поговорить тоже не вышло. Олег вернулся затемно, молча поужинал, устроился перед телевизором и вскоре задремал прямо в кресле. Оксана вымыла тарелки, задержалась на кухне дольше обычного, а потом прошла в спальню. Лёжа в темноте, она поймала себя на мысли, что не помнит, когда в последний раз они обсуждали что-то по-настоящему важное. Не бытовые мелочи вроде цен на продукты или сломанной полки в ванной, а что-то, касающееся их двоих.
С Олегом она познакомилась восемнадцать лет назад. Тогда он производил впечатление серьёзного, надёжного человека — немногословного, но твёрдого. Из тех, кто не бросается громкими обещаниями, зато выполняет сказанное. Позже выяснилось: его молчание — не глубина характера, а привычка ничего не объяснять. Решения он принимал самостоятельно, будто обсуждать их с женой было излишней формальностью.
Мысль о пропавшем техпаспорте не отпускала её ещё два дня. Документ так и не обнаружился.
В среду, около половины второго, когда Оксана только устроилась с контейнером за офисным столом, позвонила Тетяна.
— Оксан, ты где сейчас?
— На работе. А что случилось?
— Я тебе фото отправила. Глянь.
Сообщение пришло сразу. Снимок был сделан наспех, слегка смазанный. Парковка у торгового центра «Планета», всего в паре кварталов от их офиса. И на фото — серебристая Skoda Octavia. Её Skoda. Она узнала машину мгновенно — по трещине на заднем бампере слева, которую Олег всё собирался закрасить.
За рулём сидел молодой парень. Лицо казалось знакомым, но откуда именно — Оксана вспомнить не могла.
— Это твоя машина? — уточнила Тетяна.
— Да, моя.
— А водитель кто?
— Понятия не имею.
Повисла пауза.
— Ты нормально себя чувствуешь?
— Всё в порядке. Спасибо, что прислала.
Она убрала телефон, но почти сразу снова взяла его и написала Олегу: «Перезвони, когда сможешь».
До самого вечера звонка не последовало.
— Это Тарас, — сказал Олег, когда она всё-таки настояла на разговоре и закрыла кухонную дверь. — Племянник. Сын Богдана.
— Я знаю, кто такой Тарас. Почему он ездит на моей машине?
Олег поставил чашку на стол.
— Ему нужна была. Он сейчас работает курьером, заказы развозит. Своего авто нет. Я разрешил пока попользоваться.
Оксана молча смотрела на него.
— «Пока» — это сколько?
— Ну… пару месяцев. Пока не заработает на свою.
— Ты оформил доверенность?
Он сделал глоток, избегая её взгляда.
— Да. Генеральную. Чтобы без проблем.
— Когда?
— Недели три назад.
Три недели. Почти месяц её автомобиль находился в чужих руках, а она даже не знала об этом. Три недели техпаспорт отсутствовал в бардачке, потому что Олег передал его вместе с документами.
— Ты не посчитал нужным спросить меня, — тихо произнесла она.
— Ты всё равно ездишь на метро. Машина просто стояла во дворе.
— Она стояла, потому что я так решила. Это моя машина, Олег. Я выбирала её сама. Я за неё платила.
— У нас общий бюджет.
— Но оформлена она на меня.
Он раздражённо скривился — так он делал всегда, когда разговор принимал нежелательное направление.
— Ты раздуваешь проблему. Парень работает, ему нужно средство передвижения. У нас авто без дела. Что тут обсуждать?
— Обсуждать нужно то, что ты распоряжаешься моим имуществом без моего согласия. Вот в чём суть.
Олег поднялся, отнёс чашку к раковине.
— Давай завтра. Я устал.
И вышел, не дожидаясь ответа.
Оксана осталась одна на кухне. За стеклом моросил мелкий дождь, фонари отражались в мокром асфальте. Она вдруг ясно поняла: дело не в машине и даже не в доверенности. Всё началось гораздо раньше — с его привычного «потом обсудим», с уверенности, что он знает лучше. Просто раньше ставки были меньше, и она позволяла это не замечать.
На следующий день Оксана зашла проверить кое-что, что давно откладывала.
