Она открыла приложение государственных сервисов и зашла в раздел со штрафами. То, что она там увидела, неприятно кольнуло.
Нарушений оказалось два.
Первое — три недели назад: камера на трассе, превышение скорости на двадцать один километр. Второе — десять дней спустя, тот же участок дороги, то же превышение. Оба постановления выписаны на неё. Формально всё верно: автомобиль зарегистрирован на Оксану.
Она сделала скриншоты и переслала их Тетяне.
«Руслан разбирается в доверенностях?» — добавила следом.
Ответ пришёл быстро: «Он юрист, конечно. Приезжай вечером, обсудим».
Руслан встретил её у двери с кружкой чая в руке. Не тратя времени на светские разговоры, он сразу прошёл на кухню — туда, где можно было спокойно поговорить, пока Тетяна укладывала детей спать.
— Генеральная доверенность — документ серьёзный, — начал он без лишних вступлений. — Она позволяет не только ездить на машине, но и передавать её третьим лицам. А если формулировка широкая, то и распоряжаться имуществом.
— То есть продать? — уточнила Оксана.
— Если в тексте есть соответствующий пункт — да. Ты читала, что именно подписано?
— Нет. Мне даже копию не показывали.
Руслан понимающе кивнул.
— Тогда первое — выяснить содержание. У нотариуса, который оформлял документ, должна храниться копия. Кроме того, можно проверить через электронный реестр доверенностей — он открыт, доступ есть онлайн.
— А что с этими штрафами? — Оксана кивнула на телефон.
— С юридической точки зрения они твои. Владелец отвечает. Теоретически можно взыскать сумму с того, кто был за рулём, но это отдельное разбирательство: суд, доказательства, время. Проще действовать комплексно — отозвать доверенность и параллельно предъявить требования по штрафам напрямую.
— Олег не хочет идти к нотариусу, — тихо сказала она.
Руслан посмотрел на неё внимательно.
— Не хочет разбираться или категорически отказывается оформлять отзыв?
— Говорит, что я раздуваю проблему.
Юрист поставил кружку на стол.
— Тогда объясни ему следующее: если Тарас попадёт в серьёзное ДТП — не административка, а что-то по-настоящему тяжёлое, — имя доверителя и собственника обязательно всплывёт. Это уже не «муха», а вполне реальные юридические последствия. Пусть принимает решение осознанно.
В этот момент на кухню зашла Тетяна, присела рядом.
— Ты как держишься? — мягко спросила она.
— Нормально, — ответила Оксана и сама ощутила, насколько это слово пустое. Внутри было вовсе не «нормально», а смесь усталости, обиды и какого-то холодного прояснения.
В пятницу утром позвонила Галина. Оксана как раз выходила из подъезда.
— Оксаночка, ну зачем всё так обострять? Тарас старается, работает. В семье принято помогать.
— Я не против помощи, — спокойно сказала Оксана. — Я против того, что меня даже не поставили в известность.
— Ну что за формальности? Олег решил — значит, так надо. Он же муж.
Она остановилась у калитки.
— Машина оформлена на меня. Это не формальность.
— Да какая разница, на кого записано? Вы же семья.
Оксана выдержала паузу.
— Вы в курсе, что за последние три недели Тарас дважды превысил скорость? И штрафы приходят на мой адрес?
На другом конце провода воцарилась тишина.
— Ну… торопился, работа такая, — наконец прозвучало неуверенно.
— Возможно. Только ответственность — моя. Спасибо, что позвонили.
И она завершила разговор. Впервые за восемнадцать лет сама положила трубку, не сглаживая углы, не оправдываясь, не пытаясь никого утешить. Раньше она бы ещё долго объясняла, искала компромисс, старалась, чтобы Галина не почувствовала себя задетой. Теперь внутри словно щёлкнул выключатель. Что-то изменилось — окончательно и безвозвратно.
В воскресенье Оксана отправилась к нотариусу Марии Сергеевне, которая вела их семейные документы последние годы.
Мария Сергеевна выслушала её внимательно, без оценок и комментариев, затем открыла реестр и развернула монитор.
— Доверенность действительно генеральная, — сказала она. — С правом управления и передачи третьим лицам. Пункта о продаже нет, так что отчуждать автомобиль нельзя. Это плюс. Но ездить и передавать другому человеку — можно.
— Передавать кому угодно? — уточнила Оксана.
— Формально да. Тарас вправе посадить за руль, к примеру, знакомого. А вся ответственность в любом случае ляжет на собственника.
Оксана на мгновение прикрыла глаза.
— Как её отменить?
— Документ оформлял Олег, значит, он должен явиться для отзыва. Есть вариант подать заявление об утрате, но нужны основания. Если супруг не сотрудничает, процедура усложняется. Однако существует ещё путь: можно оспорить доверенность в суде, если она нарушает ваши права как владельца. Ваше согласие фактически должно было учитываться. Часто уже само обращение в суд заставляет людей пересмотреть позицию.
Оксана медленно кивнула. Картина становилась яснее — и от этого не легче, но спокойнее.
— Подготовьте, пожалуйста, копию и выписку из реестра, — попросила она.
Мария Сергеевна развернулась к принтеру, а Оксана, сидя в кресле напротив, вдруг ощутила странную твёрдость внутри. Решение постепенно оформлялось — не импульсивное, а выверенное. Она понимала, что дальше придётся действовать последовательно и без оглядки на чужое недовольство.
Когда документы были готовы, она рассчиталась за консультацию, аккуратно убрала бумаги в папку и направилась к выходу, чувствуя, что теперь ей нужно немного времени, чтобы всё обдумать.
