— Да брось ты, Оксана, не суетись, всё уже решено! — голос матери разносился по квартире так, что я услышала его ещё на лестничной площадке. — Олена всё оплатила, всё устроила, сама всё привезёт. А потом с детьми посидит — ей всё равно заняться нечем. Одна ведь. За столом ей скучно будет, а так хоть польза какая-то.
Я застыла в прихожей с пакетом из супермаркета в руках. Заглянула, как обычно, по пути с работы — проведать родителей. Мама стояла ко мне спиной на кухне и что‑то листала в телефоне.
— Детей будет шестеро, представляешь? Тарас с Богданом, у Тетяны двое, у Светланы сын и ещё дочка Юлии. Олена справится, она же каждую субботу с племянниками возится. Ей не привыкать.
Я медленно опустила пакет на пол. Вот, значит, как всё выглядит со стороны. Я выложила почти все свои накопления за полгода — банкет на двадцать пять человек стоил немало. Сдалась после бесконечных разговоров: «Оленочка, у тебя достойная зарплата, давай устроим настоящий праздник, чтобы родня вспоминала». И вот какая роль мне отведена — бесплатная нянька. Пока остальные будут поднимать тосты и обсуждать новости, я обязана развлекать детей в соседней комнате.
— Ты же понимаешь, одинокие всегда могут помочь, — продолжала мать спокойно, без малейшего сомнения в своей правоте. — Куда ей ещё идти? Хоть к нам приедет, а то сидела бы в пустой квартире перед телевизором.
Я так же бесшумно вышла, как и вошла.
В машине я просидела несколько минут, не включая зажигание. Просто смотрела в одну точку. Каждую субботу я забирала племянников. Игорь с Наталией привозили Тараса и Богдана к восьми утра — порой даже не выходили из машины, лишь открывали дверь у подъезда. «Ты же свободна, нам нужно побыть вдвоём, мы вымотались за неделю». Я кормила мальчиков завтраком, вела их в парк, в кино, покупала игрушки. Весь день принадлежал им. А брат с женой тем временем отсыпались или ужинали в ресторанах.
Я пыталась что‑то объяснить. С Игорем разговоры заканчивались ничем. С родителями — ещё быстрее. «Олена, не будь мелочной, семья важнее, — резко обрывала мама. — У Игоря дети, ответственность. А ты одна, тебе что, трудно?» Отец, не отрывая взгляда от экрана, лишь поддакивал: «Он старший, ему сложнее, не упрямься».
Неделю назад я перевела деньги за этот злосчастный банкет и тогда ещё не знала, во что на самом деле обойдётся мне эта щедрость.
