— Ты действительно собираешься туда пойти? — Оксана аккуратно расправила воротник моего поло. — Олег, прошло уже два десятилетия. Ты давно всем всё доказал, и не раз.
— Не каждому, — ответил я и перевёл взгляд на своё отражение.
Из зеркала смотрел уверенный сорокалетний мужчина: лёгкая седина у висков, спокойные, почти холодные глаза, на запястье — часы по цене как двухкомнатная квартира в нашем родном городе. Внешне — полный порядок. А внутри, где-то под рёбрами, всё ещё жил тот худой восьмиклассник, которого школьная красавица Тетяна когда-то унизила, плюнув в портфель.
— Хочу просто взглянуть им в глаза, — произнёс я после паузы. — Проверить, исчезли ли те чудовища, что прятались под кроватью.
— Они никуда не деваются, — тихо заметила жена, смахнув с моего плеча воображаемую соринку. — Просто стареют и становятся беззубыми. Возвращайся поскорее. Мы с Данькой будем ждать.
Ресторан с претенциозным названием «Аристократ» соответствовал ему разве что ценами. Всё остальное напоминало провинциальную выставку тщеславия: тяжёлые бархатные шторы, позолоченные детали, официанты с выражением мировой скорби на лицах.
Я намеренно задержался. Появился тогда, когда веселье уже перешло ту грань, за которой начинаются разговоры в духе «ты меня уважаешь?». Бывшие одноклассники кучковались, обсуждая кредиты, разводы, проблемы со здоровьем и намечающиеся залысины.
Костюм я оставил дома. Джинсы, простой джемпер, кроссовки — дорогие, добротные, но без броских логотипов. Пусть видят меня таким: «ничего особенного», «не выбился», «среднестатистический».
Тетяну я заметил сразу. Она восседала во главе стола, словно свергнутая правительница, сохраняющая иллюзию трона. Время обошлось с ней безжалостно: плотный слой косметики не скрывал морщин, а взгляд стал колким и цепким, как у торговки на рынке. Рядом, развалившись сразу на двух стульях, устроился её супруг Тарас — человек с репутацией владельца заводов, газет и пароходов. Его биографию я знал почти наизусть.
— О, гляньте, кто пожаловал! — голос Тетяны прорезал шум зала. — Корнилов! Жив и невредим!
Она поднялась, демонстративно расправив плечи.
— Мы тут спорили, где ты пропал: за решёткой или в запое. А ты, смотрю… — её взгляд медленно скользнул по мне сверху вниз, задержавшись на обуви. — Скромно выглядишь. Жизнь, значит, помотала?
В ответ за столом послышался чей-то ехидный смешок, и несколько человек переглянулись, ожидая продолжения.
