— …я уже и в сенях порядок навела, и козу успела подоить, — продолжала мама, даже не подозревая, что творится со мной. — Тарас сказал, ты сама решила к нам перебраться. Мол, в городе тебе тяжело, воздух плохой, а у него сейчас важный проект, и ты будешь только отвлекать.
От этой наглой выдумки у меня перехватило дыхание.
— Мам, он поменял замки, — выдавила я. — Он нас выгнал. Меня и Богдана. Мы сейчас под подъездом стоим. На улице.
В трубке повисла глухая тишина.
— Как это — выгнал? Оксана, ты что такое говоришь? Тарас — порядочный человек. Он вчера перевёл мне пять тысяч на лекарства. Просто так. Может, ты его довела? Ты ведь упрямая, с характером. Сходи к Галине, попроси прощения. Сейчас не те времена, чтобы мужем разбрасываться. А ко мне… куда ты в деревню с младенцем? У меня крыша течёт, печка чадит. Ещё ребёнок плакать будет. Помирись с мужем и не позорь меня перед людьми.
Связь оборвалась. Короткие гудки больно резали слух. Я не ожидала, что за один вечер получу второй удар — от самого близкого человека. Ощущение было такое, будто под ногами окончательно исчезла почва.
Я медленно поднялась и снова подошла к своей двери. Сначала постучала тихо, потом настойчивее.
— Галина Петровна! Верните хотя бы вещи ребёнка! Там смесь, подгузники, его костюмчики. Как вам не стыдно?
Дверь приоткрылась на цепочке. В узкой щели показалось недовольное лицо свекрови.
— Смесь? — язвительно протянула она. — Ты обязана кормить грудью, а не тратить деньги на порошки. А тряпки я уже сложила в пакеты. Если до утра не исчезнешь — вынесу всё на мусорку. Тарас сказал: ты здесь никто. Квартира куплена до брака, забыла?
Она знала, куда бить. Жильё действительно было оформлено на него ещё до свадьбы. Тогда я, ослеплённая чувствами, сама отказалась от каких-либо долей: «Мы же семья, к чему формальности?» За три года я вкладывала в этот дом премии, выбирала мебель, переклеивала обои, доводила всё до блеска. И теперь мой труд грозились отправить в контейнер вместе с мусором.
— Там мои документы! Паспорт в прикроватной тумбочке!
— Новый сделаешь, как потеряшка, — усмехнулась она и захлопнула дверь.
Богдан зашевелился и заплакал. Его тихие всхлипы быстро перешли в отчаянный крик, который эхом разносился по подъезду. Казалось, он зовёт на помощь весь мир. Но мир оставался глух. Соседи напротив — пожилые супруги, всегда такие приветливые, — даже не выглянули. Видимо, Тарас уже успел изложить им «свою версию».
Я подхватила чемодан, крепче прижала сына к груди. Куда идти? На вокзал? Ночевать на лавке? Оставаться здесь бессмысленно. Я вышла во двор. Сумерки сгущались, весенний ветер пробирал насквозь. Я укутала Богдана, стараясь согреть его собственным теплом.
У подъезда стоял чёрный автомобиль — дорогой, с тонированными стёклами. Медленно опустилось окно.
— Девушка, вам нужна помощь? — раздался спокойный мужской голос. За рулём сидел мужчина лет сорока, в строгом костюме, с усталыми, но внимательными глазами. — Я заметил, как вы вышли с чемоданом. Похоже, у вас неприятности.
Я инстинктивно хотела пройти мимо. Доверять незнакомым — опасно, особенно когда на руках младенец. Но ноги подкосились. Я опустилась на скамейку и разрыдалась — без стеснения, навзрыд, выпуская всё, что накопилось за этот бесконечный день.
Мужчина вышел из машины. Он не стал лезть с утешениями или касаться меня. Просто достал из багажника мягкий плед, аккуратно накинул мне на плечи и протянул бутылку воды.
— Я адвокат. Олег, — представился он спокойно. — Приехал сюда к клиенту, но тот не отвечает. Зато, поднимаясь, заметил новый замок на двери и вас с чемоданом. Похоже на классическую схему: выселение под видом семейной ссоры.
Я подняла на него заплаканные глаза.
— Он заблокировал карты. Домой не пускает. Мама тоже отказалась принять.
Олег чуть заметно кивнул.
— Оксана, я правильно прочитал имя на бирке из роддома, что выглядывает из сумки? Ваш муж просчитался. Да, квартира оформлена на него до брака. Но ипотеку вы гасили из общих средств. И у вас есть ребёнок — законный наследник. Это серьёзно меняет расклад.
Он протянул визитку.
— Сегодня вы поедете в безопасное место. У моей сестры небольшой отель, там найдётся номер. Ни о каких деньгах не беспокойтесь. А завтра мы начнём действовать. Поверьте, скоро Тарас сам будет стучать к вам в дверь с ключами в руках.
— Зачем вам это? — прошептала я.
Олег на мгновение задумался.
— Потому что десять лет назад мой собственный отец так же выставил меня за порог. Только у меня в руках был не ребёнок, а учебник по праву и пустой кошелёк. И я пообещал себе, что однажды стану тем человеком, который протянет руку тем, кого пытаются сломать. Сегодня, похоже, пришёл ваш день сделать первый шаг.
