— Нотариус подтвердил: документы готовы. Завтра ставим подписи, — голос Оксаны звенел таким воодушевлением, будто речь шла о покупке путёвки, а не о завещании. Она застыла на пороге гостиной, и в её взгляде читалось нетерпеливое ожидание.
Олена замерла посреди комнаты, сжимая в ладонях чашку с чаем. Сквозь фарфор жгло пальцы, но она будто перестала это ощущать. Всё её внимание было приковано к свекрови, которая явно ждала восторга или хотя бы одобрения. Тарас, устроившийся на диване, демонстративно листал что-то в телефоне, делая вид, что разговор его не касается.
— О каком завещании идёт речь? — спокойно уточнила Олена, хотя внутренне уже понимала, к чему клонят.
Оксана шумно вздохнула, словно её вынудили повторять очевидное, и уверенно прошла вглубь комнаты. Она вела себя так, будто хозяйкой здесь была именно она, хотя жила в другом месте. Эта трёхкомнатная квартира в хорошем районе досталась Олене от родителей — свадебный подарок. Четыре года назад они с Тарасом переступили её порог, веря, что впереди их ждёт долгая и счастливая жизнь.
— Мы ведь уже говорили об этом, дорогая, — Оксана опустилась в кресло. — Тарас у меня один, наследник. Я хочу всё оформить заранее, по закону. Чтобы потом никаких сложностей.
Олена осторожно поставила чашку на стол. Никаких разговоров на эту тему с ней не было. По крайней мере, она о них не помнила. Она посмотрела на мужа, надеясь встретить его взгляд, но тот продолжал изучать экран.
— Что конкретно вы собираетесь оформлять? — её голос звучал ровно, хотя внутри всё бурлило.
— Да ничего особенного, — отмахнулась Оксана. — Мою квартиру, дачу… и эту тоже. Пусть всё будет записано на Тараса. Так правильно — от матери к сыну.
В комнате стало душно. Олена почувствовала, как напряглись плечи.
— Простите… эту квартиру? — медленно переспросила она.
— Конечно, — удивилась свекровь. — Вы же семья. Разве важно, на чьё имя оформлено? Зато потом избежите лишних налогов и беготни.
Олена поднялась. Колени подрагивали, но она выпрямилась.
— Мои родители подарили мне эту квартиру. Она оформлена на меня.
— Ай, да брось ты, — усмехнулась Оксана. — Неужели ты думаешь о разводе? Или есть что скрывать?
Это был её излюбленный способ — задать вопрос так, чтобы любой ответ выглядел оправданием. Раньше Олена терпела подобные выпады, стараясь не обострять отношения. Но сейчас внутри что-то оборвалось.
— Тарас, — она повернулась к мужу. — Ты знал об этом?
Он нехотя оторвался от телефона. На лице — смесь неловкости и раздражения.
— Мам, давай обсудим позже, — тихо произнёс он.
— Какое позже? — вспыхнула Оксана. — Я уже договорилась с нотариусом! Человек выделил время, всё подготовил. Это не игрушки!
Олена продолжала смотреть на мужа, ожидая, что он расставит точки над «и». Что напомнит матери: квартира принадлежит его жене, и никто не вправе распоряжаться ею без её согласия. Но Тарас лишь опустил глаза, будто изучал узор на ковре.
— Я ничего подписывать не собираюсь, — твёрдо сказала Олена.
— Что значит — не собираешься? — Оксана вскочила. — Ты хочешь сказать, что не доверяешь нам?
