— Ты хочешь сказать, что не доверяешь родному мужу? — голос Оксаны звенел от возмущения. — Да кто ты вообще такая? Мы приняли тебя как родную, а ты…
— Мама, перестань, — наконец выдавил Тарас, но прозвучало это жалко и безвольно.
— Нет, пусть ответит! — не унималась Оксана. — Я всю жизнь положила на сына, а теперь какая-то девчонка будет мне условия ставить!
Олена больше не стала слушать. Она молча развернулась и вышла, чувствуя, как внутри всё дрожит от напряжения. Из гостиной ещё доносились сердитые выкрики свекрови и сбивчивая речь мужа. Закрыв за собой дверь спальни, она достала телефон и набрала номер отца.
— Папа, мне срочно нужен хороший юрист. Очень срочно.
Последующие двое суток дом будто сковало льдом. Оксана демонстративно игнорировала невестку, зато бесконечно названивала сыну, жалуясь на «неблагодарную» и «бессердечную» женщину. Тарас метался между ними, но всякий раз склонялся к матери — так было проще, привычнее, безопаснее.
Вечером второго дня Олена вернулась с работы с плотной папкой в руках. На кухне горел свет — Тарас ужинал один, уставившись в тарелку.
— Нам нужно обсудить кое-что, — спокойно сказала она, присаживаясь напротив.
— Слушай, мама просто перегнула, — поспешно начал он. — Она не хотела ничего плохого. Просто хочет всё оформить по закону.
— По закону — это когда уважают право собственности, — Олена раскрыла папку. — Сегодня я консультировалась с юристом. Вот договор дарения.
Тарас недоумённо посмотрел на бумаги.
— Что за договор?
— Я временно переоформляю квартиру на свою маму. До тех пор, пока твоя мать не перестанет распоряжаться тем, что ей не принадлежит.
Ложка звякнула о тарелку и выпала из его руки.
— Ты серьёзно? Это же наша квартира!
— Нет, Тарас. Это жильё подарили мне мои родители. Оно оформлено на меня. И я не позволю, чтобы его вписали в чьё-то завещание без моего согласия.
— Мы семья! — он вскочил, лицо покраснело. — Так не поступают!
— А требовать чужую недвижимость — это нормально? — тихо, но жёстко ответила Олена. — Где ты был, когда твоя мама объявила, что включит МОЮ квартиру в СВОИ бумаги?
— Она же не собирается завтра умирать! Это просто формальность! — сорвался он.
— Формальность, из‑за которой я могу лишиться своего дома.
Они замолчали. Между ними будто пролегла трещина. Четыре года совместной жизни, планы, разговоры о будущем — всё это оказалось под угрозой из‑за чужих амбиций.
— Если ты подпишешь этот договор, я уйду к маме, — произнёс Тарас, пытаясь давить.
— Это твоё решение, — спокойно ответила Олена, закрывая папку. — Но квартира останется под моей защитой.
Утром она поднялась раньше обычного. Тарас демонстративно ночевал на диване в гостиной. Олена тихо собралась и вышла, стараясь не шуметь.
В юридической фирме её уже ждали. Отец приехал поддержать дочь, и его спокойное присутствие придавало ей уверенности.
— Вы окончательно решили? — уточнил юрист, просматривая документы.
— Да, — без колебаний ответила она.
Оформление заняло меньше часа: подписи, печати, регистрация в реестре. С этого момента квартира официально перешла на имя её матери. Шаг временный, но необходимый.
Когда Олена вернулась домой, в гостиной её ожидала почти торжественная сцена. Оксана сидела на диване с видом судьи, Тарас — рядом, мрачный и напряжённый.
— Ну что, довольна? —
