Мария сразу уловила, как за несколько минут разговора изменилось лицо Дмитрия: улыбка исчезла, взгляд стал тяжёлым, губы сжались.
— Что-то произошло? — тихо спросила она, когда он убрал телефон.
— Мама плохо себя почувствовала. Мне надо срочно уехать, — коротко ответил он и больше ничего не объяснил.
Два дня без него показались Марии бесконечными. Она металась, не могла ни читать, ни спать, ни думать о чём-то другом. Всё вокруг будто выцвело: серое небо, мокрый ветер, дождь, сбивающий с клёна последние листья. Они липли к асфальту, превращаясь в тёмную скользкую кашу.
Дмитрий появился только в воскресенье вечером. Он был молчаливый, погружённый в себя, словно вернулся не из поездки, а из какого-то далёкого, чужого мира.
— Маме стало легче, — сказал он.
Мария почувствовала: он умалчивает о чём-то важном. Сердце подсказало ей это сразу. Но она не стала допытываться, не хотела давить на него вопросами.
А спустя месяц, почти перед самым Новым годом, Дмитрий снова исчез. На этот раз даже не предупредил. Мария звонила ему снова и снова, но телефон молчал. Она не знала, что думать, и от тревоги сходила с ума.
Вернулся он лишь к началу сессии — чужой, холодный, будто между ними за это время выросла стена.
— Прости, что уехал и не звонил, — произнёс он глухо.
— Что случилось? Опять мама? — Мария мгновенно забыла свою обиду и испуганно посмотрела на него.
— Нет… — Дмитрий долго молчал, словно не решался произнести главное. Потом резко выдохнул: — Я женился.
И, сбиваясь, рассказал: летом у него была девушка, Алина. Так, ничего серьёзного, как он уверял. Потом позвонила мать и попросила приехать. Там выяснилось, что Алина ждёт ребёнка. Был тяжёлый разговор с её родителями, давление, упрёки, стыд.
— Я не мог отказаться, понимаешь? Я же не последняя дрянь, чтобы бросить её одну с ребёнком, — пытался оправдаться он.
— Ты мог хотя бы позвонить… сказать мне правду, — слёзы уже катились по лицу Марии. — Уходи. Я не хочу тебя видеть.
— Я боялся тебя потерять. Я её не люблю. Просто так получилось…
— Не любишь, но женился, — прошептала она.
Три дня Мария рыдала, запершись в комнате. На занятия не ходила, на звонки Дмитрия не отвечала, дверь ему не открывала. Но когда случайно увидела его в институте, у неё сжалось сердце. Он стоял небритый, измученный, с потухшими глазами.
— Я не выдержу, если ты меня не простишь, — только и сказал он.
И Мария простила.
В феврале неожиданно пахнуло настоящей весной. За окнами звенела капель, птицы кричали так радостно, будто зима уже навсегда отступила. Мария ворвалась в общежитие с расстёгнутым пальто, счастливая и лёгкая: через час они с Дмитрием должны были встретиться у кинотеатра, он как раз ушёл за билетами.
— Мария, Дмитрия не видела? — окликнула её с вахты тётя Галина.
— А зачем он вам? — Мария обернулась и тут заметила рядом с вахтёршей беременную девушку.
И всё поняла раньше, чем услышала ответ.
— К нему жена приехала. Позвони ему, пусть скорее возвращается в общежитие, — сказала тётя Галина, ведь не раз видела их с Дмитрием вместе.
Жена. Это слово ударило Марии прямо в грудь. Будто её окунули в ледяную воду. Мир в одно мгновение рассыпался: солнце померкло, птицы смолкли, воздух стал тяжёлым.
— Господи, какая же я была глупая, — рыдала Мария. — Как верила ему, как любила… А он… И как мне теперь жить?
