У всякого человека, как ни горько это признавать, находится своя стоимость. Многим приятно верить, будто любовь, верность и слова, произнесённые у алтаря, не измеряются никакими деньгами. Но жесткий мир крупных капиталов раз за разом доказывает: даже самые красивые обещания иногда продаются. Одних к измене подталкивает усталость от однообразной жизни, других — внезапная страсть. Для Артёма же платой за предательство оказалось место генерального директора и полный контроль над акциями строительной империи его отца.
Родня Артёма с Марией не сошлась с первого же знакомства. В их отполированном до блеска семейном древе она выглядела чужеродной веткой, ошибкой, которую хотелось поскорее отломить. Дочь простых преподавателей университета, ландшафтный архитектор, привыкшая рассчитывать только на собственные силы и зарабатывать своим трудом, Мария никак не подходила под их представления о правильной невестке. За ней не стояли нефтяные активы, министры-родственники или фамилия, открывающая любые двери. И, что особенно раздражало свекровь, она совершенно не умела заискивать.
Сергей Михайлович, бессменный хозяин громадного строительного холдинга и отец Артёма, переносил невестку с плохо скрываемым раздражением. Больше всего его выводило из себя то, что Мария не соглашалась изображать тихую, благодарную содержанку. Она не пользовалась семейными счетами, подчеркнуто сама платила за обслуживание своей машины и продолжала работать в архитектурном бюро. Все намёки на то, что «жене наследника не к лицу возиться с клумбами», Мария пропускала мимо ушей.
Для семьи мужа их брак был ошибкой статуса. Временным капризом избалованного любимца. Они были уверены: Артём скоро пресытится этой игрой в простоту, одумается и выберет себе женщину «из приличного круга».
Со стороны Артём казался образцом удавшейся жизни. Вице-президент крупной компании, любимец столичных вечеринок, уверенный в себе мужчина, которому завидовали знакомые. На его запястье блестели швейцарские часы ценой с небольшую квартиру на окраине, по городу его возил водитель на представительском «Порше», а ужинал он в заведениях, куда столик бронировали за несколько недель.
Но Мария лучше других видела, что скрывается за этим безупречным фасадом. Её муж был не свободным победителем, а пленником роскошной клетки — на коротком поводке, пусть и украшенном бриллиантами. Всё, что окружало Артёма, принадлежало структурам Сергея Михайловича. Автомобиль числился за компанией, квартира была записана на мать, а личные счета сына отец мог заморозить одним телефонным звонком.
Стоило Артёму допустить малейший промах, ошибиться в документах или просто попасть под дурное настроение отца, как его тут же наказывали. Бонусы урезались, на совете директоров его отчитывали при всех, словно провинившегося подростка. Вечерами он приходил домой мрачный, наливал виски и подолгу выговаривался жене, жалуясь на отцовскую диктатуру.
— Маш, я больше не могу быть у него мальчиком на побегушках! — с раздражением бросал он. — Для него я никто. Просто удобный винтик в системе.
Мария жалела его по-настоящему. Она садилась рядом, осторожно проводила ладонью по его волосам и снова предлагала то, что казалось ей единственным честным выходом:
— Артём, давай уйдём от них. — Она повернулась к нему, взяла его лицо в ладони и попыталась поймать взгляд усталых, покрасневших глаз. — Ты сильный управленец, ты сам вытаскиваешь самые тяжёлые проекты этого холдинга. Мы можем открыть небольшую собственную фирму. У нас есть накопления, чтобы спокойно сделать первый шаг.
