Похоже, разговор шёл о ресторане на вечер. Девочка тем временем спрашивала пароль от Wi-Fi, будто уже успела почувствовать себя здесь дома.
Марина вынула из сумки связку ключей. Замок, знакомый до последней царапины, провернулся мягко, без малейшего сопротивления.
Дверь открылась — и первым, что она увидела, были не её вещи.
В прихожей стояли чужие кроссовки, аккуратные женские сапоги, яркий детский рюкзак. На тумбочке, куда Марина обычно клала почту и ключи, располагалась косметичка. На вешалке висело светлое пальто — то самое, которое она уже видела на женщине у вокзала.
Из кухни вышел Андрей. В руке у него была чашка. Он сделал шаг, поднял глаза — и замер. Несколько секунд он просто смотрел на жену, не сразу осознавая, что она действительно стоит перед ним. Лицо вытянулось, рука дрогнула, из чашки брызнуло на пол несколько капель.
— Марина?..
В кухонном проёме появилась женщина. За её плечом выглянула девочка с телефоном в руках.
Марина вошла, спокойно прикрыла дверь и повернула ключ в замке изнутри. Потом вынула его и опустила в карман.
— Ну что, командировка началась удачно?
Андрей поставил чашку на ближайшую полку так быстро, будто она вдруг стала горячей.
— Ты… что ты здесь делаешь?
— Забавный вопрос, — ровно ответила Марина. — Особенно если учесть, что это моя квартира.
Женщина расправила плечи и посмотрела на неё настороженно.
— Извините, а вы кто такая?
Марина перевела взгляд на незнакомку. Не повысила голоса, не сделала ни одного резкого движения. Перед ней стояла ухоженная, привлекательная женщина лет тридцати пяти. Но в её глазах было не смущение человека, случайно оказавшегося в неловкой ситуации. Там читалось раздражение — как у той, кому помешали пользоваться тем, что она уже мысленно считала своим.
— Я Марина, — сказала она. — Жена Андрея. И собственница этой квартиры.
Женщина медленно повернула голову к Андрею.
— Ты говорил, что вы разводитесь.
Марина коротко усмехнулась.
— Надо же. А мне он сообщил, что едет в командировку.
Девочка перестала водить пальцем по экрану. Женщина шагнула вперёд.
— Андрей, объясни мне.
Андрей поднял ладони, словно пытался остановить сразу всех — жену, любовницу, ребёнка и рушащуюся вокруг него ложь.
— Давайте только без скандала. Марина, ты всё не так поняла.
— Я открыла собственную дверь и обнаружила в своей квартире женщину с ребёнком, которых ты сюда привёз. Что именно я должна была понять иначе?
— Это Оксана. У неё… — он запнулся, подбирая слова. — У неё непростые обстоятельства. Я хотел помочь.
— Помощь прекрасно оказывается через гостиницу, — холодно заметила Марина. — Но ты почему-то выбрал мою квартиру.
Оксана резко посмотрела на неё.
— Вообще-то Андрей сказал, что это ваше общее жильё.
— Он солгал.
— Он говорил, что тоже сюда вложился.
— Он здесь даже перегоревшую лампочку ни разу не вкрутил.
Андрей болезненно скривился.
— Не надо унижать меня при посторонних.
— Посторонние сами вошли в моё жильё без моего согласия.
Оксана покраснела. Было видно, как она пытается быстро собрать лицо, сохранить достоинство, понять, какую позицию теперь занять. Девочка молча отступила к стене и крепче прижала к себе рюкзак.
Марина заметила её испуг и заговорила мягче:
— Ребёнок здесь ни в чём не виноват. Но сейчас вы обе собираете вещи и уходите.
— Куда мы пойдём? — возмутилась Оксана. — Мы только приехали!
— В отель. К знакомым. Куда сочтёте нужным. Только не в мою квартиру.
Андрей сделал шаг в сторону жены.
— Марина, не устраивай показательное выступление. Давай поговорим без свидетелей.
— Нет. Ты слишком долго разговаривал без свидетелей и только так, как было удобно тебе. Теперь всё будет сказано при тех, кого ты сюда привёл.
Он резко выдохнул.
— Ты сама меня до этого довела. Вечно всё под твоим контролем: квартира твоя, документы твои, решения твои. Мужчина рядом с тобой чувствует себя жильцом на птичьих правах.
Марина слегка наклонила голову и посмотрела на него так, будто впервые увидела по-настоящему.
— Поэтому ты решил хотя бы здесь побыть хозяином? Пока меня нет?
— Я хотел пожить по-человечески! Без твоего бесконечного ледяного спокойствия.
— С любовницей и её дочерью в квартире моей покойной тёти?
Оксана вздрогнула.
— Какой ещё тёти?
— Той самой, от которой мне досталось это жильё. По наследству. Лично мне. Не нам с Андреем. Не нашей семье. Мне.
Оксана снова повернулась к нему. Уверенность в её взгляде заметно потускнела.
— Ты сказал, квартира куплена в браке.
Андрей стиснул зубы.
— Я сказал, что по факту она наша.
— По факту, — повторила Марина. — Ты даже врёшь так, будто сам себе нотариус и суд в одном лице.
Он вспыхнул.
— Не смей так со мной разговаривать!
— Смею. Потому что ты не просто завёл роман на стороне. Ты привёз чужих людей в моё жильё, соврал им и мне, использовал мои ключи и моё отсутствие. Если через пятнадцать минут вещи не будут собраны, я вызываю полицию.
Оксана нервно усмехнулась, но смех вышел натянутым.
— Полицию? Из-за обычной семейной ссоры?
Марина открыла сумку, достала папку с бумагами и вынула выписку. Развернула её и показала первую страницу.
— Это не семейная ссора. Это нахождение посторонних лиц в квартире без разрешения собственника. Я говорю спокойно только потому, что здесь ребёнок.
Девочка тихо произнесла:
— Мам, давай уйдём.
Оксана резко обернулась.
— София, молчи.
Марина запомнила имя, но ничего не сказала. Андрей попытался коснуться её локтя, однако она сразу отступила.
— Не прикасайся ко мне.
— Марина, я прошу тебя по-человечески. Дай нам переночевать. Хотя бы одну ночь. Завтра сядем и всё обсудим.
— Ты уже всё обсудил. С Оксаной. С собой. С кем угодно, только не со мной.
— Я запутался.
— Нет, Андрей. Ты не запутался. Ты всё подготовил. Заранее оформил отпуск. Мне рассказал про командировку. Взял ключи. Пытался принять доставку. Этой женщине внушил, что квартира почти твоя. Это не растерянность. Это продуманный план.
Он открыл рот, но слов не нашёл.
Оксана вдруг схватила телефон.
— Тогда я сама сейчас вызову полицию. Пусть они объяснят, имеете ли вы право выставлять нас на улицу.
— Звоните, — спокойно сказала Марина. — Только сразу уточните, что вы находитесь в квартире, которая вам не принадлежит, а собственница просит освободить помещение.
Оксана замерла. Телефон в её руке опустился. Уверенность, с которой она ещё недавно стояла в прихожей, начала осыпаться прямо на глазах.
В этот момент раздался звонок в дверь. Андрей вздрогнул.
Марина повернула ключ и открыла.
На пороге стояла Лидия Михайловна. Рядом с ней — мужчина из соседней квартиры: коренастый, седой, в домашней кофте.
— У тебя всё в порядке? — спросила соседка, заглядывая внутрь.
— Пока собираются, — ответила Марина.
Мужчина кивнул.
— Мы тут, в коридоре, постоим. На всякий случай. Чтобы без глупостей.
Андрей побледнел от злости.
— Ты ещё и соседей позвала?
— Я никого не звала. Люди услышали шум.
— Какой шум? — сорвался он. — Это ты устроила спектакль!
Марина распахнула дверь шире.
— Свои вещи ты тоже собирай.
Он не сразу понял.
— Что?
— Ты приехал сюда отдыхать. Значит, в Киев ко мне возвращаться в качестве хозяина больше не будешь. В мою квартиру сможешь прийти только за личными вещами — в заранее согласованное время.
— Ты не имеешь права не пускать меня домой!
— В киевской квартире собственник — я. Зарегистрирован ты по другому адресу, у своего отца. Жил у меня как муж. После сегодняшнего дня это закончилось.
Андрей замолчал. Судя по его лицу, он не ожидал, что Марина помнит такие подробности. А она помнила. Всегда. Просто никогда не размахивала документами без причины.
Оксана уже молча собирала вещи. Движения стали резкими, почти злые: косметика сыпалась в сумку, платье с кровати полетело в чемодан, зарядные устройства отправились в боковой карман. София помогала ей, стараясь не смотреть ни на Андрея, ни на Марину.
Минут через двадцать прихожая была заставлена чемоданами и пакетами. Андрей всё ещё пытался удержать на лице остатки достоинства.
— Марина, ты сейчас разрушаешь брак из-за одной ошибки.
Она посмотрела на него внимательно и устало.
— Ошибка — это забыть дату. Перепутать подъезд. Насыпать соль вместо сахара. А ты привёз женщину с ребёнком в моё жильё и назвал это командировкой.
Оксана подняла глаза.
— Андрей, ты едешь с нами?
Он заметался взглядом между ней и женой. И именно в эту секунду Марина увидела самое неприятное: он не выбирал любовь, семью или правду. Он выбирал место, где ему сейчас будет удобнее.
— Мне надо поговорить с Мариной, — наконец произнёс он.
Оксана усмехнулась.
— Разумеется. Как только выяснилось, что квартира не твоя, разговор с женой сразу стал важнее.
Она взяла чемодан. София подняла рюкзак. Лидия Михайловна молча отступила в сторону, пропуская их в коридор.
Уже на пороге Оксана обернулась к Марине.
— Я не знала, что он действительно женат. Он говорил, вы давно чужие люди, просто живёте в разных комнатах и ждёте документы.
— Теперь знаете, — ответила Марина.
София тихо сказала:
— Простите.
Хотя извиняться должна была вовсе не она.
Марина кивнула девочке:
— Ты ни в чём не виновата.
Когда за ними наконец закрылась дверь, в квартире повисла тяжёлая тишина.
