— Дмитрий, объясни мне, пожалуйста: это у нас забор решил проявить индивидуальность или мы внезапно переселились в Шанхай? — Марина застыла возле калитки, вцепившись в руль так крепко, словно держалась за последний спасательный круг посреди шторма.
С территории их честно купленной дачи, за которую ипотека ещё три года собиралась вытягивать из семьи последние силы, доносились громкий смех, бряцанье тарелок и такой густой аромат плова, что даже старый садовый гном у дорожки, казалось, начал пускать слюни.
— Марин, ну зачем ты сразу заводишься, — пробормотал Дмитрий, стараясь придать лицу выражение полной невиновности. Примерно такое бывает у кота, которого застали над пустой тарелкой с чужой котлетой. — Мама просто сказала, что ей одной в городе на праздники тоскливо.
— Тоскливо? — Марина выбралась из машины и одёрнула трикотажные штаны, которые на коленях уже явно собирались жить самостоятельной жизнью. — Дмитрий, когда твоей маме становится тоскливо, всё живое в радиусе пяти километров обычно ищет укрытие. Но я не знала, что теперь слово «тоскливо» означает ещё и переселение целого табора.
На крыльце, с королевским спокойствием заняв единственное Маринино плетёное кресло, расположилась Наталья Сергеевна. Рядом, прямо на ступеньках, двое незнакомых мужчин в растянутых майках с серьёзным видом чистили картошку в эмалированный таз.
— О, наконец-то! — Наталья Сергеевна просияла, даже не сделав попытки подняться. — А мы-то думали, вы только к вечеру доберётесь. Димочка, сынок, давай разгружай машину. Там Артём с Игорем уже мангал разожгли.
— Мам, а Артём с Игорем — это кто? — осторожно уточнил Дмитрий, вытаскивая из багажника ящик с помидорной рассадой, которую Марина недели две холила на подоконнике, мечтая о спокойных выходных.
— Как кто? — свекровь махнула рукой куда-то в сторону грядок. — Племянники моей троюродной сестры из Житомира. Ехали мимо, решили на майские свежим воздухом подышать. Не в гостиницу же им идти, когда у нас тут такие хоромы!
«Хоромами» назывался щитовой домик на тридцать шесть квадратных метров. Половицы в нём жалобно скрипели от каждого шага, а звукоизоляция была настолько условной, что можно было без труда услышать, как на соседнем участке чешется шпиц.
— Наталья Сергеевна, — Марина подошла ближе к крыльцу, чувствуя, как внутри у неё начинает вскипать нечто более мощное, чем чайник со свистком. — А где тогда будут спать Кирилл и Алина? Мы ведь заранее договорились, что дети займут второй этаж.
— Ой, Мариночка, — свекровь прищурилась с видом человека, которому приходится объяснять очевидные вещи, — дети молодые, им и на веранде в спальниках прекрасно будет. А наверху я Артёма с женой разместила. У него спина проблемная, ему нужен нормальный отдых.
И как раз в эту секунду из дома появилась полная женщина в розовом халате, расшитом золотыми павлинами. В руках она несла тарелку с нарезанным салом такой внушительной толщины, что становилось ясно: кабан при жизни спортом точно не увлекался.
— Ой, хозяева приехали! — радостно протянула женщина. — Я Оксана. Мы тут немного распорядились, вы уж не переживайте. В шкафах порядок навела, всё ненужное в сарай отнесла, чтобы нашим вещам место освободить.
У Марины дёрнулось правое веко. Значит, в сарай. Туда, где стояли грабли, мешок удобрений и вечно пахло сыростью. А теперь, вероятно, там лежали её любимые книги, запасной комплект постельного белья в мелкий цветочек и старый, но ещё вполне живой фен.
— Ненужное? — Марина медленно вдохнула, стараясь не сорваться на крик. — Дмитрий, ты слышал? Наши вещи теперь относятся к категории лишних. Наверное, прекрасно смотрятся рядом с лопатами и подкормкой для кабачков.
— Марин, ну люди же издалека приехали, неудобно как-то, — тихо зашептал Дмитрий, старательно не встречаясь с женой глазами. — Давай потерпим до девятого числа. Потом они уедут.
— Девятого числа какого именно года, Дмитрий? — уточнила Марина и повернулась к машине.
Кирилл и Алина как раз выбрались наружу и смотрели на дачный хаос с выражением людей, которых привезли не на отдых, а на учения по выживанию. Кирилл, двадцатилетний парень почти двухметрового роста, поправил очки и с тоской покосился на игровую приставку, которую взял с собой в надежде спокойно провести пару вечеров. Алина, одетая в модные широкие джинсы, молча достала телефон и начала снимать видео. Судя по её лицу, ролик предназначался для будущего цикла «Как выжить, если ваша бабушка захватила территорию».
Вечер подкрался почти незаметно. Вместе с ним пришли прохлада, запах дыма и окончательное понимание масштаба бедствия. Стол на веранде был заставлен едой так плотно, будто сюда собирались не родственники, а небольшая строительная бригада. И, если верить чекам, торчавшим из кармана Дмитрия, оплатил всё это великолепие именно он.
— Мариночка, чего ты сидишь, будто чужая? — Наталья Сергеевна придвинула к ней тарелку с пловом, в котором жира было заметно больше, чем здравого смысла. — Поешь нормально. Одни кости остались. Совсем ты себя на своей работе иссушила.
— Спасибо, Наталья Сергеевна, я после шести не ужинаю, — сухо ответила Марина, наблюдая, как Игорь с поразительной ловкостью тянется за очередным куском хлеба.
