— Ты вообще соображаешь, девчонка? К чему тебе одной целая дача?
Диана словно вросла в спинку простого кухонного стула. Скрестив руки на груди, она сжалась и уставилась в тарелку, где уже давно остыли макароны.
— Я дедушку ни о чём не просила… Он сам так решил, — дрожащим голосом произнесла она.
— Вот и сделай по-человечески!
Галина Павловна почти нависла над столом. Шёлковый платок сполз у неё на плечо, она раздражённо поправила его и, уперев кулаки в бока, продолжила:
— Пройдёт полгода, получишь у нотариуса документы, всё как положено оформишь. А потом сразу дарственную на Дениса напишешь. Ему этот участок нужнее. Вам и без того слишком много досталось!
Тамара остановилась в дверях кухни. Она только переступила порог после работы, даже переодеться не успела, а дома уже развернулся настоящий допрос с нажимом.
Дачный участок в старом садовом товариществе достался девятнадцатилетней Диане по завещанию. Свёкор обожал внучку, буквально души в ней не чаял. Все прошлые дачные сезоны они проводили там вместе: чинили крышу рубероидом, ставили теплицы, возились с рассадой, поливали грядки. А старший любимец семьи Денис в это время пропадал по клубам и раз за разом впутывался в мутные истории.
Месяц назад свёкра не стало. Диана тогда неделю не могла прийти в себя и почти не переставала плакать. А когда нотариус зачитал завещание, в семье начался настоящий скандал.
— Галина Павловна, немедленно перестаньте давить на ребёнка, — жёстко сказала Тамара.
Она подошла к столу и встала перед дочерью, словно закрывая её собой.
Свекровь недовольно поморщилась, поджала губы и опустилась на табуретку у окна.
— А ты не вмешивайся.
— Вообще-то это моя квартира.
— Я разговариваю с родной внучкой! — резко повысила голос Галина Павловна.
Она вызывающе посмотрела на невестку.
— Это семейный вопрос. Без лишних советчиков разберёмся.
— Диана — моя дочь, — отрезала Тамара.
Она поставила рабочую сумку на край стола, даже не пытаясь скрыть раздражения.
— И наследство принадлежит ей. Решать тоже ей. Не вам. И уж точно не Денису.
— Да она ещё соплячка, чтобы такими деньгами распоряжаться! — рявкнула Галина Павловна.
— Ей девятнадцать. Она совершеннолетняя.
— При живых родственниках такой кусок себе отхватила! — не унималась свекровь, зло блеснув накрашенными губами.
Она снова сорвалась на крик:
— У Дениса огромные долги. Коллекторы каждый день телефон обрывают. Этот участок ему сейчас жизнь спасёт. Я ради него уже гараж продала, теперь ваша очередь помогать! Продаст дачу, рассчитается со всеми, и наконец-то будет спокойно.
— Как удобно вы всё придумали, — холодно произнесла Тамара и скрестила руки на груди.
Она посмотрела на свекровь в упор.
— То есть Денис набрал микрозаймов, спустил деньги неизвестно куда, кредита, который Виктор оформлял на себя, ему оказалось мало, а теперь расплачиваться должна Диана?
— Он просто оступился! — вспыхнула Галина Павловна.
Она с силой ударила ладонью по столешнице.
— Молодой ещё, неразумный. Не понимал, во что ввязывается. Парню надо жить, как-то подниматься, на ноги становиться!
— Ему двадцать пять лет, Галина Павловна.
