Ольга раз за разом отодвигала в сторону собственные дела. И уже спустя час на столе стоял горячий ужин, который никто в доме даже не воспринимал как её труд или помощь.
Она молча прикрыла дверцу шкафа.
— Суп доставят примерно через сорок минут, — ровно сказала Ольга. — Закажу на ваш номер телефона, расплатитесь с курьером сами.
— Из-за одной миски теперь будем копейки пересчитывать? — обиделась свекровь.
— Вы же сами предложили разделять продукты и расходы.
Марина Викторовна ушла в свою комнату и неплотно затворила дверь. Ольга всё равно оформила заказ и оплатила его сама. Ей стало стыдно оставлять пожилую женщину без ужина только потому, что между ними впервые произошёл открытый разговор.
Но уже на следующее утро она поняла: уступать было ошибкой.
Марина Викторовна набрала дочь и поставила телефон на громкую связь. Из коридора Ольга невольно услышала весь разговор.
— Кристиночка, приезжайте в воскресенье все вместе, — оживлённо говорила свекровь. — Рыбку приготовим, мясо запечём. Ольга ещё пирог сделает. Посидим наконец по-человечески, всей семьёй.
— Мам, только детям котлеты сделайте, — ответила Кристина. — Они рыбу не едят.
— Конечно, сделаем, что ты.
Ольга вошла на кухню.
— Вы сказали Кристине, что теперь готовкой занимаетесь самостоятельно?
Марина Викторовна быстро прикрыла трубку ладонью.
— Один общий обед ничего не решает.
— Для вас — да. А продукты покупать мне, у плиты стоять мне, и посуду после всех тоже мыть мне.
— Не хочешь помогать — так прямо и скажи.
— Я именно это и говорю. Вы позвали гостей, значит, и угощение готовите вы.
В воскресенье Кристина приехала с мужем и двумя мальчиками. С собой они принесли пакет мандаринов и коробку пирожных. Младший ребёнок тут же направился к холодильнику, старший с порога поинтересовался, когда будут котлеты.
Марина Викторовна вышла навстречу в праздничной блузке и сразу позвала Ольгу:
— Доставай мясо. Рыбу я ещё утром переложила, она уже почти отошла.
— Я ничего для гостей не покупала, — спокойно ответила Ольга.
Кристина застыла, так и не сняв пальто.
— А детей чем кормить?
— Вы приехали к своей маме. На её полке есть яйца, блинчики и сыр. Если этого мало, можно заказать готовую еду.
— Мама всю неделю одна у плиты стояла. Тебе правда сложно один раз приготовить?
— Марина Викторовна пригласила вас без меня. Почему обязанность помогать снова появляется только у меня?
Кристина наконец повесила пальто и прошла на кухню.
— Потому что ты тут хозяйка.
— Интересно получается. Когда надо оплачивать покупки и готовить — я хозяйка. А когда решается, кого звать в дом и куда складывать вещи, квартира тут же становится маминой.
Из комнаты вышел Дмитрий. Он успел услышать последние реплики и уже выглядел измученным, хотя ссора только набирала силу.
— Давайте просто закажем еду, — предложил он. — Сейчас найду большой семейный набор, через час всё привезут.
Марина Викторовна недовольно покачала головой.
— Зачем выбрасывать деньги, если холодильник забит?
— В холодильнике лежат наши продукты на рабочую неделю, — напомнила Ольга. — У вашей мамы отдельная полка.
Кристина усмехнулась.
— Вы что, правда холодильник по полкам поделили?
— Это было решение вашей мамы.
Марина Викторовна приложила ладонь к виску и пожаловалась, что с утра ей нехорошо. Рыба ещё не приготовлена, мясо осталось в морозилке, а дети ждут обед.
Дмитрий подошёл к жене и тихо сказал:
— Оль, может, сегодня уже приготовим, а потом спокойно всё обсудим?
Она открыла холодильник и вынула форму с мясом. Дмитрий сразу отошёл к столу, будто решил, что конфликт исчерпан.
— И котлеты детям сделай, — добавила Кристина. — Запечённое они не любят. И салат какой-нибудь нужен, мальчики без овощей есть не станут.
Ольга посмотрела на промёрзший кусок мяса, потом молча вернула форму обратно.
— Нет. Я опять начала делать то, на что не соглашалась.
— То есть дети должны сидеть голодные? — резко спросила Кристина.
Дмитрий поднял телефон.
— Никто голодным не останется. Я закажу доставку. Кто платит?
Кристина заявила, что приехала в гости и кошелёк доставать не намерена. Марина Викторовна напомнила про свою пенсию. Ещё через минуту обе снова настаивали, чтобы Ольга приготовила что-нибудь из домашних запасов.
Она взяла сумку и вышла на улицу. Дмитрию сказала, что вернётся примерно через час. Оставаться на кухне было опасно: ещё несколько жалоб и просьб — и она бы уже чистила картошку.
Когда Ольга вернулась, спор доносился ещё от лифта.
На плите стояли две сковородки и маленькая кастрюля. Рыба развалилась прямо во время жарки, картошка осталась полусырой, а дети ели бутерброды с сыром. Кристина упрекала мать в том, что та обещала полноценный обед, но ничего заранее не подготовила. Марина Викторовна отвечала, что дочь могла бы приехать пораньше и помочь.
Дмитрий стоял у раковины и мыл посуду. Заказ он так и не сделал: мать сказала, что доставка слишком дорогая, а сестра отказалась складываться.
— Это всё из-за тебя, — произнесла Марина Викторовна, когда Ольга вошла в кухню.
— Сегодня вы готовили для своих гостей из своих продуктов, — ответила она. — Ровно так, как мы и договорились.
Кристина увезла семью раньше обычного. К мандаринам и пирожным дети почти не притронулись, но и коробку, и пакет она забрала обратно.
Поздним вечером Дмитрий вошёл в спальню. Ольга сидела у окна с книгой.
— Мама плачет, — сказал он. — Кристина заявила, что больше к нам не приедет.
— Ты пришёл меня обвинять?
— Я хочу понять, зачем нужно было доводить всё до такого.
